Вс, 18 Апреля, 2021
Липецк: +10° $ 75.55 90.46

С любовью к русским

Яков Миркин | 07.04.2021 07:23:21
С любовью к русским

Любой народ уникален. Мы все хотели бы сберечь каждый народ, чтобы он был вечно,в человеческом измерении.

пусть даже

В конце XIX века в мире жили 55 миллионов русских, перед Второй мировой — примерно 100 миллионов, в 1989 году в СССР — 145 миллионов. Потом русские начали убывать.

В 1989 году на территории России жили 120 миллионов русских, в 2002 году — 116 миллионов, в 2010 году — 111 миллионов (по данным переписи).

Невосполнимые потери

Доля русских в населении России в 1979 году — 82,6 процента, в 1989 году — 81,4 процента, в 2010 году — 77,7 процентов. В 2021 году — наверняка еще меньше. Русские убывают (страшное слово) быстрее, чем население всей России. Оно ведь тоже убывает, у нас — человеческое опустынивание.

А что случилось с русскими за пределами России? На Украине в 1989 году жили 11,4 миллиона русских, в 2001 году — 8,3 миллиона. Их доля в населении упала за это время с 22,1 процента до 17,3 процента. Проклятая арифметика! В границах переписи 2001 году (она последняя на Украине) сегодня русских еще меньше. Население Украины, как и России, убывает. Вся надежда на Казахстан? В 1989 году там жили 6,2 миллиона русских, в 2020 году (зажмуримся) — 3,5 миллиона. Их доля в населении упала с 37,8 процента до 18,8 процента. Где они? Умерли, уехали в Россию или в другие страны? Когда народ сокращается не на десятки и даже не на сотни тысяч, а на миллионы человек всего за 30 лет — спрашиваешь себя, когда же это закончится? Так не должно быть!

Форменное бегство

Идем в Узбекистан. Смотрим перепись 1989 года. Там, где «сладострастная отрава — золотая Брич-Мулла», там, где царят Чимганские горы, жили 1,65 миллиона русских, 8,3 процента населения Узбекистана. Сегодня двукратно меньше — 0,8 миллиона (2013 год), 2,9 процента Сжатие год за годом, как вода уходит в песок!

Беларусь? Там, на братской земле, в 1989 году русских было 1,3 миллиона, а в 2009 году — 0,7 миллиона. Доля в населении Беларуси — 13,2 процента и 7,5 процента соответственно. Всюду — одно и то же. Эстония в 1989 году — 0,47 миллиона русских, 30 процентов жителей. Та же страна в 2013 году — 0,32 миллиона, 25,1 процента. Численность русских в Латвии в 1989 году — 0,9 миллиона (33,7процента), в 2015 г. — 0,5 миллиона (25,8 процента). Повсеместное «сжатие» в 1,5  2 раза. В каждой постсоветской стране повторяется одна и та же история. Жили в Литве в 1989 году 0,34 миллиона русских (9,4 процента населения), нынче 0,18 миллиона (5,8 процента, 2011 год).

Форменное бегство случилось в Грузии. Мы все любим там бывать, там много тепла у людей, мы обожаем грузинское гостеприимство. В 1989 году 0,34 миллиона русских жили в Грузии постоянно (6,3 процента населения). В 2014 году — в десять с лишним раз меньше. В Азербайджане сокращение числа русских с 1989 года более чем в три раза, в Армении — в четыре раза, в Киргизии — в 2,6 раза, в Таджикистане — более чем в десять раз.

Истощающийся ресурс

В 1989 году в республиках Советского Союза, кроме РСФСР, жили 25,3 миллиона русских. В 2010-х годах в постсоветских странах, занявших их место, по оценке, 15  15,5 миллиона. Общая убыль (снова это проклятое слово) русских на всем пространстве бывшего СССР, включая Россию, не меньше 20  25 миллионов человек. Куда они ушли? Если даже считать, что четыре  пять миллионов человек уехали в «дальнее зарубежье», если сделать все скидки на ассимиляцию в смешанных семьях, на мимикрию во враждебном для меньшинств окружении, то все равно миллионы исчезнувших, ушедших, не живущих сегодня вместе с нами — это невероятная по несчастью потеря для русского народа. Исчезновение до 10-15 процентов народа за 30 лет — катастрофа.

Могут быть, конечно, рассуждения о втором демографическом переходе, о волнах в движении населения, о том, что многие народы так живут, но русские — не многие. Больше ста лет немыслимых жертв, войн, революций, массового террора, административной или дикой рыночной экономики, в которой народ — расходуемый ресурс. Больше ста лет невероятного напряжения, когда русский народ распылялся по границам и окраинам самой большой страны в мире, нещадно, без счета, потому что так нужно. Больше ста лет крайностей в общественных системах, полных нелюбви — и к народу, и к отдельному человеку.

Что делать?

Есть очень простые истины. Каждый народ в России, каждая народность или меньшинство должны быть сберегаемы и любимы. В этом не может быть различий между народностями. Их ценность — беспредельна. Но для этого они — и русские тоже — должны знать свой счет. Должны понимать, растут или уходят со сцены. Становятся сильнее, ярче, состоятельнее — или же в них запущен отрицательный отбор, та самая «естественная убыль», всеми проклятая, сносящая народ со сцены. Мы должны видеть: не совершает ли народ коллективное самоубийство? И как бы ни работал плавильный котел, каждый из нас должен обладать своим личным счетом — кто ты для своих корней, что ты делаешь для своего народа.

Это очень простое чувство — быть русским, татарином, чувашом, евреем, осетином, кем угодно, но в то же время быть частью российского народа. Это очень просто — думать о себе, как о русском, работать, чтобы русские перестали уходить, и в то же время быть и работать для всех, чья жизнь в России. Огромное напряжение, которое испытывал русский народ — и все мы — последние сто лет, больше не может повториться. Русские, все народы России, — на изломе. Все в России должно быть подчинено самым простым вещам — состоятельность для всех. Жить так долго, как в первой десятке стран мира (мы на сотом месте). Больше семей и больше детей. Об этом стоит кричать. Пока же прогноз Росстата обещает, что «в среднем» каждый год нас будет на 300  500 тысяч человек меньше, и среди них — на 240  400 тысяч русских. И еще меньше тех русских, кто живет вне России, пока они не исчезнут, как русская эмиграция 1918  1921 годов. Что же с этим делать?

СПРАВКА

Яков Миркин, заведующий отделом международных рынков капитала Института мировой экономики и международных отношений имени Евгения Примакова Российской академии наук. В 1979 году окончил Московский финансовый институт по специальности «финансы и кредит», экономист.

В 2003 году — доктор экономических наук, в 2004 году — профессор. Известный ученый в области финансового рынка, макроэкономист, автор концепции «Россия 3.0», ряда программ развития финансового сектора в России. Автор ряда известных книг и учебников, руководитель крупных научно-исследовательских проектов.

Подготовлено в рамках совместного проекта «Липецкой газеты» и «Российской газеты»

Фото из архива редакции

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных