Сб, 25 Сентября, 2021
Липецк: +10° $ 72.56 85.49

Понять и просить

Иван Петров | 15.09.2021 07:17:03
Понять и просить

Мошенники все чаще собирают пожертвования на больных детей, которых в реальности не существует.

Полицейские привлекли к уголовной ответственности женщину, которая собирала от лица несуществующей гражданки деньги якобы на лечение тяжело больной дочери. Схема принесла ей как минимум 1,5 миллиона рублей, но теперь предприимчивой сибирячке грозит реальное лишение свободы. Юристы рассказали, где грань, отделяющая невинный обман от уголовщины.

Кто людям помогает

Несколько жителей Иркутской, Астраханской, Читинской и Калужской областей признаны потерпевшими по делу о многоэпизодном мошенничестве. 40-летняя женщина из Чунского района Иркутской области создала фейковые страницы на сайтах знакомств, где разместила фото привлекательной девушки. От ее имени она вступала в переписку с другими пользователями Сети и ненавязчиво сообщала, что ее маленькая дочь от первого брака страдает тяжким недугом и ей требуется дорогостоящее лечение. Мир не без добрых людей — общий размер пожертвований составил не менее 1,5 миллиона рублей. Связь со своими благодетелями «мамаша» обрывала после получения денег на счет. Схема работала как минимум два года, пока аферистку не задержала полиция.

«Установлено, что подозреваемая не имеет несовершеннолетних детей», — сообщила официальный представитель МВД России Ирина Волк.

Подследственная признала вину. В качестве доказательств детского недуга женщина высылала фото чужого больного ребенка, найденные ею в Интернете.

Узаконенный обман

Само по себе сообщение заведомо ложных сведений, в том числе использование чужой фотографии в социальной сети, без попытки завладения деньгами обманным путем, мошенничеством не является.

Если бы женщина просила перевести деньги в дар, а не взаймы, и для помощи ей самой или реально существующему родственнику, а не для вымышленного больного ребенка, состав преступления в ее действиях отсутствовал бы. Скорее всего, при таких условиях несколько уменьшилось бы и количество желающих перевести деньги, но зато этой деятельностью не заинтересовалась бы и полиция.

Злоумышленники часто используют соцсети, не имеющие юридического адреса в России, а фото детей — из-за рубежа (чтобы было сложнее найти первоисточник). Чаще всего контент заимствуется в Бразилии, Польше, Чехии, в 90 процентах случаев речь идет о случаях спинальной мышечной атрофии.

В чем же мошенничество

По словам адвоката бюро «Щеглов и партнеры» Анастасии Лукьяновой, благотворительная деятельность детально регламентируется действующим законодательством.

— Однако не имеющие систематического характера, обусловленные тяжелой жизненной ситуацией просьбы о переводе денежных средств, исходящие от пользователей социальных сетей, столь строго законодательно не урегулированы, — говорит Лукьянова.

По ее мнению, единичные просьбы пользователей социальных сетей о переводе небольших денежных сумм едва ли заинтересуют правоохранительные органы.

— Однако просителям необходимо учитывать, что вне зависимости от повода и фактически полученных сумм систематическое получение денежных средств на личные карты и собственные онлайн-кошельки в обход установленного законом порядка имеет основания для квалификации по статье 159 УК РФ (мошенничество), если денежные средства были потрачены на личные цели, а также в случае отказа предоставить по запросу дарителей детальный отчет о расходовании денежных средств, — отмечает эксперт.

Таким образом, статья о мошенничестве распространяется на действия лиц, использующих фейковые аккаунты в социальных сетях в целях получения материальной выгоды.

По словам источника в следственных органах, сама процедура привлечения жуликов от благотворительности к уголовной ответственности требует инициативы дарителей.

— Люди либо проходят мимо объявления в Сети, если чувствуют подвох, либо отдают сумму, которую считают незначительной для себя, и забывают об этом. А процесс привлечения к ответственности, исходя из сложившейся практики, требует непосредственного обращения с заявлением в правоохранительные органы, — пояснил собеседник. По его словам, с точки зрения криминалистики процесс доказывания такого рода преступления не представляет особой сложности, особенно если в материалах фигурируют реквизиты использованных платежных инструментов.

— Дело часто в психологическом моменте, людей обуревают сомнения до последнего: «вдруг и правда нужна помощь, а я на них донес». На этом и паразитируют мошенники, — подытожил следователь.

Фото Александра Казакова

Подготовлено в рамках совместного проекта газеты «Известия» и «Липецкой газеты»

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных