Вс, 31 Мая, 2020
Липецк: +14° $ 71.60 77.88

Пес. Нос. Износ

Артем Локалов | 20.05.2020 07:46:24
Пес. Нос. Износ

Считается, что потереть нос бронзовой овчарке в московском метро — к удаче

Московскому метрополитену 85 лет. Овчаркам на станции «Площадь Революции», которую открыли в 1938-м, чуть меньше. И они неплохо сохранились. Есть одно «но». Точнее, четыре носа.

Потереть нос овчарке на одной из самых необычных станций московской подземки — давняя традиция. Сначала так делали студенты перед экзаменом — на удачу. Потом все москвичи. Теперь активно натирают «овчарочий» нос и туристы. Он так отполирован, что, кажется, в нос можно смотреться, как в зеркало. Шутки шутками, но год назад Музей архитектуры имени Щусева всерьез забеспокоился: бронзовые пограничные собаки могут остаться с носом. Точнее, без него.

Традиция есть традиция

Музей призвал Московский метрополитен и Департамент культурного наследия Москвы «защитить скульптуры от вандализма», а москвичей и гостей города — «уважительно относиться к произведениям искусства — ведь каждое прикосновение наносит скульптурам непоправимый урон».

Но носы продолжают натирать. Небольшую передышку овчарки получили только сейчас: из-за карантина пассажиров в метро стало меньше.

— Не слышал, чтобы где-то вводились запреты тереть нос бронзовым скульптурам. Пусть и у нас продолжают трогать носы овчаркам. Традиция хорошая — так народ хоть что-то узнает о своей истории, а то в основном сейчас интересуются зарубежным кино, играми, — говорил журналистам народный художник России Дмитрий Тугаринов.

А теперь мы связались со скульптором Петром Манизером. Под руководством его деда — Матвея Манизера — изготавливались монументы для станции «Площадь Революции». Матвей Генрихович — народный художник СССР, лауреат трех Сталинских премий — и его коллектив создали эти памятники.

В 1941-м, когда казалось, что Москва будет сдана немцам, а метро — затоплено, скульптуры погрузили в вагоны и отправили в эвакуацию. Такова одна из версий.

— Могу с этой версией поспорить, — говорит Петр Оттович. — Не располагаю фактами, что все скульптуры были демонтированы. К тому же в довоенные времена все они были сделаны из гипса. Просто не было такого количества бронзы, чтобы изготовить столько скульптур.

Как живые

Всего их на станции 76. И бронозовыми они стали, по словам Петра Манизера, в 1948-1949 годах. При этом по проекту архитектора станции Алексея Душкина, изначально в арках должны были быть не скульптуры, а рельефы.

— Руководство и совет безо­говорочно приняли эту работу. Я не мог больше влиять на ваятелей, начальников. И морально проиграл. При открытии прибыл Сталин. Одобрил. Ходил быстро вокруг скульптур и говорил «Как живые! Как живые!» с грузинским акцентом, — записал Душкин в своем дневнике, выдержки из которого приводятся в фильме Елизаветы Листовой «Советская империя. Метро».

К обычаю натирать нос бронзовой овчарке внук знаменитого скульптора относится снисходительно.

— Ко мне обращались из метрополитена по поводу реставрации морд собак, которые «зализали» до невозможности, — рассказал Петр Манизер. — Заходила даже речь о возможной замене фигур собак. Но если исходный материал по некоторым скульптурам станции у меня есть, то именно по собаке — как раз нет…

Матвей Манизер работал над скульптурами не только на на станции «Площадь Революции», но и, например, на станции «Партизанская», которую украшают фигуры партизан Зои Космодемьянской и Матвея Кузьмина. При этом «Партизанской» она стала только в 2005-м, до этого именовалась «Измайловским парком» и «Измайловской».

А жена Матвея Манизера — Елена Янсон-Манизер — оформляла удивительные барельефы со спортсменами на станции «Динамо». Они тоже притягательные. Но, в отличие от носа овчарки, дотянуться до них не получится.

Фото РИА Новости

Подготовлено в рамках совместного проекта «Липецкой газеты» и «Российской газеты»

Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных