Пт, 21 Января, 2022
Липецк: -1° $ 76.33 87.02

Листая старые блокноты

12.01.2022 08:04:35
Листая старые блокноты

«ЛГ» читают всей семьей

В каждой профессии есть свои особенности. В нашей — это, несомненно, общение с множеством людей, неповторимых и по-своему замечательных. Бывает, что на газетные страницы попадает далеко не все, что можно рассказать. Историями из своей практики накануне профессионального праздника поделились журналисты «Липецкой газеты».

Зуб в конверте

Галина Кожухарь, ветеран «Липецкой газеты»

В приемную «Липецкой газеты», куда мы в доковидные времена приглашали юристов, нотариусов, священников, представителей различных ведомств, всегда приходило много читателей. Практически каждый со своей болью или неразрешенной проблемой. Старались выслушать любого человека, утешить, приободрить. Однажды к нам обратилась пожилая женщина, рассказавшая о взрослом сыне. Он недавно освободился из тюрьмы и никак не мог устроиться на работу. У него были проблемы с документами, да и какой работодатель согласится взять к себе человека, побывавшего за колючей проволокой? А мужчина был физически крепкий, работящий, служил в армии, до тюрьмы даже занимался спортом. За решетку попал по глупости, из-за своих дружков. Но время пребывания в местах не столь отдаленных наложило отпечаток на его внешность и манеру общения.

Прием тогда вела опытный адвокат, большой друг редакции Александра Спицына. С ее помощью мы смогли восстановить все необходимые документы этому мужчине и устроить его на работу. Просто поспрашивали по знакомым, кому нужен крепкий мужик для физической работы. Объяснили, что не надо бояться его прошлого, и вопрос сам собой решился.

Через некоторое время в редакцию «Липецкой газеты» пришел сын этой пожилой женщины, о котором мы так хлопотали. Но вахтер испугался его внешности и не пустил в общественную приемную. Тогда он обошел здание и нашел окно моего кабинета, который находился на первом этаже. Я увидела его через стекло. По жестам поняла, что мужчина хотел поблагодарить журналистов за помощь. Шел очередной прием читателей, и я не могла отлучиться. А вечером, когда я возвращалась с работы, вахтер вручил мне подарок от посетителя — почтовый конверт с зубом. Он был завернут в бумажку, на которой виднелись капли крови.

Зубы на память мне никогда не дарили. И на следующий день я отправилась к читательнице возвращать подарок его сына. Мужчина как раз был на работе, а вот его мать — дома. Она нисколько не удивилась конверту с зубом.

— Сын устроился на работу, коллектив его принял, все хорошо, — рассказала она. — Он говорил, что за вас зуб отдаст. Это значит, что вы помогли ему и можете рассчитывать на его поддержку в любую минуту.

Теплолюбивый морж

Елена Панкрушина

В нашей профессии, как и в любой другой, есть свои шаблоны, которые большинство журналистов «отрабатывают» примерно одинаково. Например, крещенские купания. Из года в год добрая половина наших коллег описывает свою попытку зайти в ледяную воду. Ровно так же поступила и я в первый год своей работы. Да и, по-моему, в самом клубе моржей тогда так было заведено: если к ним собирался представитель СМИ, то ему сразу предлагали взять с собой купальник.

Была зима. Кажется, минус шесть. Я пообщалась с любителями зимнего плавания и, поддавшись уговорам, искупалась (зашла-вышла) в реке. Холодно. Жутко. Но ощущения того стои­ли. Все их в красках я излила на страницах газеты («Превратиться в «моржа» — номер от 19.01.2012). Примерно по такому сценарию видела потом по телевидению не один сюжет и читала не один пост. Но, наверное, на тот момент это было лучшее, что я написала.

Коллеги похвалили – за статью, за смелость. Казалось бы, ну вот и все. Но нет. С того момента многие решили, что я самый заядлый морж и купаюсь в ледяной воде постоянно. Несколько лет подряд с наступлением холодов у меня все интересовались: купалась ли я уже в проруби? На Крещение – где собираюсь купаться? После Крещения – как все прошло на этот раз? Весной, чуть сойдет лед, – как вода? Уже, наверное, теплая?

И так десять лет. А ведь я всего один раз в жизни окунулась в прорубь и больше никогда на это не решилась. Потому что, сколько бы ни говорили о пользе закаливания, оно требует изрядной смелости и тренировки. А я слишком теплолюбивая.

Любовь без сроков давности

Эмма Меньшикова

В 90-е годы добровская газета, где я тогда работала, организовала акцию «Перекресток». Мы с нею побывали в самых глухих уголках района, в том числе и в деревеньке Кувязево. Зимы тогда были снежные. Автобус застрял, и мы с самодеятельной агитбригадой едва добрались до избы, где артисты выступили перед местными бабульками.

Хозяйка дома — сухонькая бабушка, пережившая всех своих родных, — весь концерт просидела под иконами на лавке с понурым видом. И лишь когда баянист заиграл матаню, случилось чудо! Она встрепенулась, спрыгнула с лавки, возвела ручки — и ринулась в пляс.

Запомнилась еще одна старушка, отмечавшая вековой юбилей в одном из сел области, куда мы приехали уже с редакционной бригадой «ЛГ». Вспоминая свою жизнь, она очень горевала о муже, пропавшем без вести на войне. Особо отмечала, что была старше него лет на шесть, но это не мешало их счастью. Когда же бабушка притомилась и задремала, ее дочь сказала, что мама так и не вышла больше замуж, потому что ждала.

— А я и сейчас его жду! — вдруг очнулась бабушка. — Он же без вести пропал, может, не убили его!

— Помилуйте, — воззвали мы, — ведь вам сто лет!

— Вы что, забыли? — сказала она строго. — Он моложе.

Выходит, для настоящей любви нет сроков давности. Равно как и для материнской жертвенности, с которой довелось как-то летом столкнуться в усманском селе Грачевка. Приехали мы к долгожительнице, которой шел сто второй год. Но в маленьком доме на койке у стены лежал старичок.

— Болею я, — сказал он. — А вы маму ищете? Она в огороде, картошку окучивает...

Очнувшись от изумления, мы и впрямь нашли «маму» на огороде, где все было в идеальном порядке: земля — это святое, да и сына кормить надо.

Кто отправился в «Дом-2»

Марина Полякова

Несколько лет назад я работала в издании, которое публиковало «светские новости». Так я попала на кастинг реалити-шоу «Дом-2», который для липчан организовали в ночном клубе отеля «Лагуна». Сама я, конечно, в проект не рвалась, передо мной стояла задача пообщаться с участницами и выяснить, по каким параметрам туда отбирают.

Поучаствовать в кастинге изъявили желание 12 человек. Мне запомнилась зажигательно отплясывающая яркая девушка пышной комплекции. Она с юмором рассказала, что любит приключения. Однако обаятельная липчанка победительницей не стала. После объявленных результатов девушка полушутя-полуобиженно заметила: «Ну вот, опять одних кукол Барби набрали. Знаю, что самой лучшей здесь была я!».

В финал кастинга вышли четыре липчанки модельной внешности. Как пояснил мне потом Рустам Солнцев, главным критерием все же была красота участниц. Мне же эти девушки поначалу показались совершенно одинаковыми. И я не совсем ошиблась — оказалось, что среди них две близняшки, только с разным цветом волос. Однако в результате вместо «любовной стройки» сестры предпочли строить модельную карьеру в Москве. Еще одна победительница кастинга оказалась… дочерью известного липецкого чиновника. Девушка выглядела достаточно растерянной. Видимо, участвовала в отборе «ради прикола» и не ожидала приглашения в проект. Да и вряд ли бы ее семья оценила такой поворот! В результате она, конечно же, отказалась ехать.

А вот четвертая «героиня» приглашение приняла с радостью и отправилась в «Дом-2», однако проявить себя в среде агрессивных, «зубастых» участников не смогла. Несмотря на свою красоту, девушка была застенчивой, отказалась отвечать на интимные вопросы, поэтому и не прошла общее голосование. Мне она потом рассказала, что атмосфера «телестройки» ей совсем не понравилась – «постоянные ссоры, крики, вечная грязь на кухне и при этом пассивный образ жизни». А наша землячка достаточно спокойный человек, увлекающийся йогой и медитациями, поэтому жить в такой атмосфере не смогла бы.

Лихие девяностые

Игорь Сизов

Этой журналистской истории 30 лет. Январь 1992 года я и сегодня вспоминаю, как кошмарный сон. На Новый год мы получили в подарок от правительства реформаторов шоковую терапию. Цены стали либеральными, торговля свободной, а курс рубля — плавающим. Куда он плыл вместе с надеждами на лучшую жизнь, стало ясно очень быстро.

Бывших советских людей тогда трясло и лихорадило от происходящего как в переносном, так и в прямом смысле. Холодные батареи, полуголодные дети в школах, забастовки врачей, учителей и даже журналистов «Липецкой газеты».

Редакция «ЛГ» напоминала тогда Смольный в 1917 году из старого фильма «Человек с ружьем». По зданию свободно бродили разношерстные личнос-­ ти — от экстрасенсов и гадалок до изобретателей велосипеда с вечным двигателем. В фойе четвертого этажа проходили «перманентные митинги»: гремел раскатистый бас Бориса Семенова, звучали остроумные реплики Александра Сутормина. Двери кабинетов были распахнуты для всех желающих не только излить душу, но и налить журналистам для успокоения нервов.

Тогда и произошла эта криминальная история с моим коллегой. По горячим следам я набросал заметку «Обворованные, объединяйтесь». Начиналась она лирически. «Рабочий день заканчивался, за окнами завывала метель, когда в редакции появился неизвестный. Его внешность и поведение вызвали смутную тревогу. Судите сами: бегающий взгляд, небольшой рост, на лице родинка. На вид 20—25 лет. Словом, из разряда людей, которые просто не могут не прихватить что-нибудь чужое. Предчувствия нас не обманули. Но, увы, подвела всегдашняя журналистская открытость — двери не привыкли закрывать. Этим и воспользовался мошенник».

К счастью, пострадавший журналист имел разряд по легкой атлетике, благодаря чему и догнал уже подходившего к остановке грабителя. У нашего легкоатлета тяжелая рука — кошелек тут же был ему возращен. Правда, в пылу баталии коллега сломал палец. Вот тогда и стало ясно, что переломный момент в истории только начинается.

В заметке я предложил создать клуб обворованных. Идея так и не была реализована. С высоты прожитых лет думаю: надо было создавать Партию Обворованных. Уверен, что она стала бы самой массовой и народной, ведь обделенными в следствии реформ оказались 90 процентов жителей России.

Прикипая к людям

Олеся Скворцова

Удивительная у нас работа — приходишь к человеку по делу, а уходишь если не другом, то приятелем.

Как-то раздался телефонный звонок из Крыма:

— Не знаю, вспомните ли меня? Открыла старую записную книжку — захотелось вам позвонить.

А я Татьяну Сергеевну Бутенко по голосу узнала, хотя с последней нашей встречи лет 15 прошло, не меньше. Помню, как запланировала командировку в Хлевное, а с утра снега столько намело, что даже трамваи стоят. Звоню Татьяне Сергеевне, тогда директору районного Дома пи­онеров:

— Неужели ехать?

А она так просто и емко:

— Дети уже ждут.

Это была трудная поездка, и не из-за снежных заносов. Среди героев был серьезно болеющий мальчик, который знал о своем диагнозе. Немногословный и печальный, но очень талантливый. Татьяна Бутенко придумала публикацию в газете, чтобы его поддержать. Это был мой первый опыт такого интервью. Татьяна Сергеевна, зная мальчика, направляла беседу в нужное русло. Она и спустя годы такая — готова помогать всем. Переехала в Воронеж, затем возглавляла в Крыму оздоровительный лагерь для мам с детьми-инвалидами, а сейчас судьба ее забросила в Подмосковье, где все свое время посвящает внуку. Тот подает большие надежды в фигурном катании.

Особые отношения связывают нас и с известным липецким биологом Олесей Болышовой. Тезки и однофамилицы, мы знали друг о друге многое еще до того, как впервые встретились и познакомились лично. Как-то несколько лет назад мне позвонил товарищ и поинтересовался, почему я ушла из газеты работать в магазин «Природа». Спустя некоторое время «меня» услышал по радио другой приятель. А люди, знавшие меня десятки лет, вдруг стали задавать странные вопросы о посадке помидоров и мульчировании клубники. А один даже возмутился, почему я, работая в газете, являясь кандидатом биологических наук. Даже когда я сменила фамилию, Олеся Болышова продолжала удивляться, почему ее спрашивают о впечатлениях от похода, в котором она не была, интересуются, что заставило ее выйти из декрета на работу через месяц после рождения ребенка (моего), и поздравляют с очередной журналистской наградой.

Так что наша встреча не могла не состояться, и на память о ней я храню в альбоме совместное фото. А по работе периодически позваниваю за консультацией для газеты и всякий раз улыбаюсь, вспоминая наш повод для знакомства.

Фото Ольги Беляковой, Геннадия Логунова

Галина Кожухарь, ветеран «Липецкой газеты»

Галина Кожухарь, ветеран «Липецкой газеты»

Елена Панкрушина

Елена Панкрушина

Эмма Меньшикова

Эмма Меньшикова

Марина Полякова

Марина Полякова

Игорь Сизов

Игорь Сизов

Олеся Скворцова

Олеся Скворцова

Александр Коноплев, постоянный читатель «толстушки», решил поучаствовать в челлендже #ячитаюЛГ

Александр Коноплев, постоянный читатель «толстушки», решил поучаствовать в челлендже #ячитаюЛГ

Галина Кожухарь, ветеран «Липецкой газеты» Елена Панкрушина Эмма Меньшикова Марина Полякова Игорь Сизов Олеся Скворцова Александр Коноплев, постоянный читатель «толстушки», решил поучаствовать в челлендже #ячитаюЛГ
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных