Вт, 22 Июня, 2021
Липецк: +26° $ 72.22 85.99

«Горе от ума». Классика в новом прочтении

Ольга Шкатова | 08.06.2021 08:10:00
«Горе от ума». Классика в новом прочтении

Фото Ольги Беляковой

Премьера бессмертной комедии Александра Грибоедова стала одним из наиболее ярких событий празднования 100-летия Липецкого театра драмы имени Л.Н. Толстого. Образ стрижа, сложные световые решения, демонизация главного героя — это увидели зрители в новой постановке.

По словам режиссера, заслуженного артиста РФ, лауреата Российской национальной театральной премии «Золотая маска» Александра Огарева, «Горе от ума» выбрали из двух десятков классических произведений, которые хотели бы видеть на Липецкой сцене. Остановились на материале, который всем хорошо известен.

Неоднозначность восприятия

— Я люблю эту пьесу и с удовольствием поставил еще раз. Но теперь совсем по-другому. Если разбираться в идеологии, наверное, Грибоедов написал человека, который глубоко симпатичен ему самому. Автор был прогрессивных взглядов, поэтому создал героя, способного противостоять среде. Другое дело, что в наше время образ Чацкого претерпевает изменения. Сейчас не так однозначно воспринимаются его мысли, — сказал режиссер.

Эта неоднозначность восприятия в значительной степени подкрепляется сценографией московского художника Ирины Бринкус, использовавшей всю перспективу сценической площадки, а также элементы проекционных декораций. Необходимое настроение создают сменяющие друг друга фрагменты картин Иеронима Босха, Марка Шагала, Карла Брюлова, Петрова-Водкина. Нереальность происходящего подкрепляется и сложным световым оформлением спектакля.

По словам Александра Огарева, именно Ирина Бринкус придумала образ стрижа, который несет значительную смысловую нагрузку. Это живая иллюстрация настроений героев на протяжении всего спектак­ля. Птица, как буревестник у Горького, с самого начала предвещает значительное событие.

Чуть свет — уж на ногах

Событие это, конечно, появление Чацкого в доме Фамусова. Там все переменилось со времени его отъезда. Возвращению Чацкого никто не рад. «Обрыскал свет; не хочешь ли жениться?» — встречает его Фамусов, но в женихи своей Софье Чацкого не прочит, потому что у того нет определенного занятия и постоянного дохода.

Софья, о которой грезит Чацкий, особа пафосная. Влюблена как будто в Молчалина, но и с богатеем Скалозубом жеманничает.

Молчалин своего не упускает: мил со всеми. Явно не герой, но свои перспективы выстраивает четко. Он уверен, что «свой талант у всех». Его — умеренность и аккуратность и, прежде всего, в отношениях с людьми, от которых он зависит. Откровенен Молчалин только со служанкой Софьи, Лизой, в которую влюблен. И она, схожая с Молчалиным по натуре, отвечает ему взаимностью.

А что же Чацкий? Он прямая противоположность Молчалина. Не без талантов, но тщеславен и заносчив настолько, что абсолютно не признает авторитетов. «А судьи кто?» — вопрошает герой гневно, споря с Фамусовым, который не признает за ним лидерства.

Вернулся Чацкий предположительно из Европы. И хотел произвести впечатление, блеснуть умом перед теми, кого давно не видел, и поучить их новой жизни. Да только им не надо. Они и сами с усами. Их главный, незыблемый принцип: у кого деньги, тот и прав, и успешен. И Чацкий восстает.

— Эта роль потребовала большой отдачи. Я вложил в нее свой опыт и наблюдения за жизнью. На самом деле в каждом из нас есть Чацкий. Но в современной жизни люди нередко предпочитают оставаться на вторых ролях, не брать на себя ответственность. Чацкий — образ собирательный. Я уверен, что Чацкие всегда разные, — сказал исполнитель роли Чацкого Эмин Мамедов.

Перекличка с Одиссеем

— Мне импонирует его способность любить. Дело в обожествлениии, преувеличении мощи любви. Это внутренний огонь, который позволяет делать подвиги. Образ Чацкого перекликается с мифологическим Одиссеем, с человеком-героем, отплывшим из родных мест на много лет. Чацкий, как Одиссей, надеется, что есть героиня, которая достойна его. Она ждет его возвращения, как Пенелопа. Но все не так. Мир может быть занят не только мифологией, но и обычным течением жизни. В этом разочарование Чацкого. Мы все не герои и можем растеряться, признавшись, что это не так, что не готовы ждать бесконечно долго, — рассуждает Александр Огарев.

В его спектакле в Чацком прорастают демонические черты. Он меняется даже внешне. Разрушая жизнь в доме Фамусова, он требует карету, но увозит его оленья упряжка. Наверное, в этот раз на Аляску.

Спектакль выпущен при финансовой поддержке Министерства культуры РФ (грант на реализацию творческого проекта).


Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных