Сб, 17 Апреля, 2021
Липецк: +18° $ 77.51 92.07

Две войны через прицел пулемета

11.11.2020 07:13:58
Две войны через прицел пулемета

Егор Никитин (справа) ещё зелёный новобранец, не нюхавший пороха

Пулеметчик Егор Никитин прошел две войны. Попав новобранцем под призыв, он сначала участвовал в финской кампании, а затем защищал Ленинград от фашистов.

Жительница грязинского села Бутырки Анна Никитина всегда с удовольствием читает рубрику «Фронтовая фотография». Наконец, и она решилась прислать в редакцию снимки своего дяди Егора. На первой фотографии он запечатлен вместе с другом. Перед нами еще не нюхавший пороха, коротко остриженный солдат-срочник. Фотография сделана в конце 30-х годов прошлого века в городе Кемь, в Карелии. На гимнастерке сельского паренька нет никаких знаков отличия, видно, что он еще проходит курс молодого бойца в Красной Армии.

А со второй фотографии на нас смотрит уже не зеленый юнец, а опытный сержант с двумя треугольниками на петлицах и медалями на груди.

— Когда дядю Егора вместе с одногодками провожали в армию, это был праздник для всех, — рассказывает Анна Ивановна. — Проводы сначала организовывали от колхоза, а затем каждый из жителей Бутырок гостеприимно приглашал домой «годных». Так в народе называли парней, получивших повестки в армию. Никто не знал, что скоро грянет война.

Вычерпывали воду миской

Финская кампания началась для всех неожиданно. И вот еще вчерашний призывник Егор Никитин сидит за пулеметом и стреляет по реальному врагу. Позже он рассказывал родным, что воевать приходилось, стоя по колено в ледяной воде. Во время оттепели в дзоты стекала вода, едва не заливаясь в высокие сапоги пулеметчиков. Обороняя свои рубежи, бойцы едва успевали отчерпывать ледяную воду железной солдатской миской.

А еще Егор Никитин ходил в разведку для захвата «языка». Самым страшным в финских лесах было наткнуться на снайпера-«кукушку», притаившегося на дереве.

Встреча на Ладоге

Родные вспоминают, что с войны он вернулся совершенно седым, но живым и здоровым. И в свои 26 лет парень выглядел чуть ли не на сорок. Пройдя боевое крещение финской кампанией, Егор Никитин решил навсегда связать свою жизнь с военной службой. И в 1940 году мечта осуществилась. В Воронежскую школу НКВД его зачислили, закрыв глаза на то, что за плечами у него было всего четыре класса сельской школы. Решающую роль при поступлении сыграл и боевой опыт, и награды, и направление от командира стрелкового полка.

Но учиться долго не пришлось — через год грянула новая война — Великая Отечественная. Уже в июне 1941 года Егор Михайлович оказался на фронте. Служил пулеметчиком в 153-м стрелковом полку 80-й стрелковой дивизии.

— И кто бы мог подумать, что там, под Ленинградом, в окопах, он встретится со своим старшим братом Филиппом и с мужем своей сестры Сергеем, — рассказывает Анна Никитина. — Это просто поразительно, как устроена жизнь! Трое мужчин из нашей семьи бились рядом, поддерживали друг друга и делились едой.

Воевать Егору пришлось на одном из островов Ладожского озера. Он имел стратегическое значение как для фашистов, так и для Красной Армии. Все боеприпасы и продовольствие бойцам доставляли на самолетах, но помощь часто запаздывала. Егор вспоминал, что голод был даже страшнее бомбежек.

Во время ожесточенного наступления немцев на Ленинград 20 июля 1943 года в пулеметную ячейку Егора Никитина, тогда уже командира отделения, влетела мина. Осколки попали ему в голову, в левую и правую кисти, отрубив несколько пальцев. Контуженный, он продолжал бой, пока не потерял сознание. Уже еле живого его подобрали санитары и доставили в полевой госпиталь. Врачи сделали ему несколько операций, но попасть с острова на Большую землю он смог только в декабре 1943 года, когда замерзла Ладога.

Родители узнали его не сразу

Искалеченному красноармейцу пришлось пешком и на попутках добираться до родного дома. Родители не сразу узнали в появившемся на пороге измож­денном солдате своего сына. Он сильно похудел, голова и руки были перемотаны грязными, кровоточащими бинтами. Только одна из сестер, Мария, бросилась к нему навстречу с криком: «Наш Егорка вернулся!». А позже его признали и родители, которые как могли поддерживали сына.

К весне 1944 года Егор, признанный инвалидом I группы, стал понемногу восстанавливаться. Чтобы скрыть рваные швы на голове, он даже отрастил свои седые волосы и старался их зачесать слева на правую сторону — парень не хотел выглядеть инвалидом перед деревенскими девушками. Егор устроился на работу в колхоз, руководил бригадой, которая высаживала лесозащитные полосы и фруктовые деревья.

Любил носить галифе

За две войны Егор так привык к форме, что и в мирное время продолжал носить военное галифе и рубашку-косоворотку. Всю жизнь он хранил военный офицерский полевой планшет на широком ремне через плечо, с которым ходил 9 Мая на торжественные митинги. В День Победы он надевал медали «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией», орден Отечественной войны I степени и юбилейные награды.

— Дядя Егор имел волевой характер, он любил дисциплину во всем, не терпел обмана, — вспоминает Анна Ивановна. — Война не озлобила его, он до конца своих дней оставался очень добрым человеком. Зимой всегда приходил к нам, детям, с гостинцами — моченой или свежей антоновкой, которая прекрасно сохранялась у него в подвале до весны. Успел жениться, воспитать двух сыновей, построить два дома, посадить и вырастить фруктовый сад с виноградником. Деревья плодоносят до сих пор, и когда мы собираем с них урожай, всегда вспоминаем о нем.

ВАЖНО

Если у вас есть редкий фронтовой кадр, если единственное фото с войны хранится в семье как реликвия, если рядом живет энтузиаст, собирающий фотокарточки военных лет, или ждет своего часа рассказ о человеке, которого вы знали только по снимку, поделитесь с нашими читателями. Ждем ваших историй по адресу: lazis2@list.ru с пометкой «Фронтовая фотография». Можно также позвонить по телефону: 8 (4742) 50-17-23.


Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных