Чт, 20 Июня, 2019
Липецк: +24° $ 64.43 72.70

Два долгих звонка в дверь...

Ольга Бочкова | 18.11.2009
   О Герое Советского Союза Михаиле Васильевиче Водопьянове написано очень много. О том, как он спасал зажатый льдами Северного Ледовитого океана экипаж парохода «Челюскин». Как уже в августе 1941 года бомбил столицу фашистского рейха. Как написал десятки книг о мужестве, патриотизме, служении Родине, адресовав их прежде всего молодым.

  Но есть немало такого, что не попало в учебники истории, в официальные биографии нашего земляка. То, что известно только самым близким, родным людям. Хотя эти подробности, детали, наблюдения и впечатления помогают увидеть, почувствовать Михаила Васильевича не менее живо и ярко, чем свидетельства о его подвигах. «Липецкая газета» связалась с внучкой Героя Марией Водопьяновой, которая охотно поделилась воспоминаниями.

  — Мария Юрьевна, каким же  мужем, отцом, дедом и, конечно, человеком был Михаил Васильевич?

  — Хорошо, что вы задали этот вопрос. Меня и других  родственников об этом редко спрашивают. Что я помню о дедушке? Мы жили в доме на набережной Москвы-реки, и взрослые всегда сверяли часы по курантам на Спасской башне. Родители рассказывали, что дома он бывал редко. Почти все время в полетах. О его возвращении мы узнавали по двум длинным звонкам в дверь — так делал только он. Все бросались открывать. Дверь распахивалась — и на пороге возвышался дед, богатырского роста под два метра, радостный, полный жизни, лучезарный. Как-то раз привез с Севера живого песца — чей-то подарок. Но зверьку в квартире было неуютно, и мы отдали его в школьный живой уголок. Об этом дедушка позже книгу написал — «Как Тяпка пошел в школу».

  — Михаил Васильевич  написал около тридцати книг. В том числе и пьесы. Одну из них поставили на сцене липецкого театра. Поистине уникальный был человек. Талантливый во всем...

  — Его пьесы ставились в различных городах СССР. А пьеса «Мечта» шла не только в Липецке, но и в одном из московских театров.      

  — Но книги, на которых выросло не одно поколение, к сожалению, стали редкостью. В Центральной городской библиотеке Липецка мне сказали, что даже у нас, на его родине, нет всего, что им было написано. Библиотекари считают, что эти произведения давно пора переиздать.

  — Не могу не согласиться с ними. С хорошей детской литературой сейчас действительно сложно. А литературное наследие моего деда ценно и сегодня. Для начала переиздать хотя бы «Мечту пилота», «Полярного летчика», «Друзей в небе», «Штурмана Фросю», детские книги, например про того же Тяпку. Эти книги учат добру, справедливости, прививают патриотизм, чувство товарищества, взаимовыручки. Он очень любил жизнь, свою семью, друзей и, мне кажется, вообще людей...

  — А что он рассказывал о войне?

  — Повторюсь: дома он бывал нечасто. Но мы, дети, ощущали  его незримое присутствие. Старались не делать того, что он бы не ­одобрил. Мне повезло. Мы жили в одной квартире, и он проводил со мной много времени. Часто рассказывал о том, как летал, что пережил. Вспоминал о полетах в ­Арктику, на Северный полюс, о том, как они однажды взяли с собой корову и пили там парное молоко. Да-да! И о том, как летал бомбить Берлин в начале войны. И как Сталин разжаловал его за большие потери, которые, однако, были неизбежны при выполнении такого задания. Он почти всю войну летал рядовым летчиком. Но переживал не об этом. Его сердце болело из-за гибели товарищей, которых он потерял в тех опаснейших полетах. Вместо него командиром 81-й дивизии дальней авиации Сталин назначил Александра Голованова, который с большим уважением относился к Водопьянову. И через некоторое время  осмелился ходатайствовать за Михаила Васильевича перед Верховным Главно­командующим. Так моему деду было присвоено звание генерал-майора авиации.

  — Какие черты его характера вам особенно запомнились?

  — Он был не только чрезвычайно смелым, но и безмерно добрым. И безотказным. Даже если о помощи его просили незнакомые люди. Много ездил по стране, встречался с рабочими, колхозниками,  школьниками, студентами. На одной из таких встреч к нему подошла девушка и рассказала, что мечтает поступить в цирковое училище (тогда единственное на весь Советский Союз), а, мол, остановиться в столице негде. По его записке она приехала в Москву, поселилась у нас. А сам дед, бросив все дела, поехал к директору циркового училища. Тот выслушал, молча разложил перед ним с десяток фотографий абитуриенток — одна краше другой. «Вот их сколько, и то приняли не всех,  — произнес директор. — Не только ­спортсменки, но и красавицы. А в нашем училище это обязательно». К сожалению, девушка, за которую хлопотал Водопьянов, прекрасной внешностью не отличалась и вынуждена была уехать домой, так и не поступив. Похожих историй в жизни дедушки было очень много. Письма ему присылали мешками. Со всего Советского Союза. Письма хорошие, ­теплые. В них были просьбы, но чаще — благодарность за то, что он сделал, служа Отчизне.

  — А как он относился к своей малой родине?

  — Очень тепло. Как только выдавалась возможность, приезжал в Липецк вместе с детьми. Эта любовь к корням передалась и нам. Мы тоже частые гости в вашем городе. С удовольствием приезжаем в школу № 9, где есть музей Водопьянова. Там нас принимают радушно и директор, и учителя, и дети. В администрации города тоже очень внимательны. Мы дружим с летчиками Липецкого авиацентра, а одного из них — Андрея Гордеева — считаем уже членом нашей семьи.  

  — Слышала, что ваш дом был на редкость гостеприимным, что Михаил Васильевич любил гостей. Это так?  

  — В доме почти всегда было многолюдно. У дедушки было много очень интересных друзей. Например, Вольф Мессинг, Сергей Образцов, челюскинцы.

  — Вы что-нибудь помните об этих встречах?

  — Иногда, особенно в праздник, к нам приходило так много гостей, что столы накрывались во всех комнатах. 

  — Для современной хозяйки такие приемы были бы не под силу. А кто же у вас готовил, накрывал на стол? И что обычно подавали?

  —  Представьте себе, все делала бабушка, Мария Дмитриевна, вдвоем с нашей помощницей по хозяйству — тетей Катей. Ну и другие члены семьи им помогали. Но бабушка была главная мастерица печь пироги. Еда у нас была незатейливая, но вкусная. И дедушка, и его гости предпочитали простые блюда русской кухни. Надо сказать, дедушка особых кулинарных пристрастий не проявлял. Любил, к примеру, сливную кашу по-липецки, которую готовила еще его мама.

  — Что же это за каша?

  — Рецепт легкий. Берется пшенная крупа, чистится картошка, режется соломкой, все это варится на воде, затем вода сливается и добавляется сливочное масло. Вкусно, попробуйте. Мы часто ее готовим.    

  — О вашем дедушке известно много. Но ведь крепкие семьи часто держатся на женских плечах. Мне кажется, что бабушка Мария Дмитриевна в юбилейные дни  Михаила Васильевича заслуживает добрых слов...

  — Она как-то всегда оставалась в тени. Между тем бабушка — настоящая героиня семейного тыла. Вся жизнь Марии Дмитриевны – большая ответственность за детей, а у нее их было пятеро. Постоянные заботы и тревоги за мужа. Остается только догадываться, что творилось у нее на душе, когда она ждала его из полета, о чем она думала. И без нее, кто знает, возможно, и Михаил Водопьянов не стал бы таким, каким мы его знаем. При этом никто не припомнит, чтобы она жаловалась на судьбу. Она умела скрывать свои чувства, чтобы не волновать детей. А ведь ей пришлось и спасать израненного Михаила Васильевича, когда его самолет рухнул в районе Байкала, и пережить эвакуацию в Красноярск, где она с детьми и другими родственниками жила в страшной тесноте. Это была не­обыкновенная, редкая женщина. А рассказать вам, как они с дедом познакомились?  

  — Конечно!

  — Бабушка — коренная москвичка. Во времена НЭПа, в 24-м году, муж ее сестры  имел палатку — торговал сладостями и сигаретами. Однажды он попросил молоденькую Марусю постоять там вместо него. К ней подошел постоянный покупатель — тогда молодой шофер Миша Водопьянов. Увидел ее в окошке, спросил: «Ты кто?». Она смущенно ответила: «Я здесь работаю». Он вдруг так серьезно сказал: «Ты будешь моей женой». Через некоторое время они обвенчались. И прожили счастливо всю жизнь. На ней держался дом, она превосходно воспитала детей, а потом и внуков. До самой своей смерти в 1969 году она на своем примере учила нас, как нужно беречь семейный очаг. Михаил Васильевич очень любил ее, ценил и уважал. И был счастлив и горд своими детьми и внуками. 

  — А у вас в семье есть военные?

  — Мой муж — Сергей Калашников — заместитель ­командира Президентского полка. Я же по профессии переводчик, веду общественную работу — возглавляю родительский комитет в Комендантском полку. Сын Евгений — офицер, сотрудник охраны Большого Кремлевского дворца — резиденции Президента России. А 23 апреля этого года в нашей семье появился внук. Такой же богатырь, каким был дедушка. И назвали мы его в честь Михаила Васильевича —  Миша Водопьянов.  Кто знает, может, и он продолжит династию...
Мария Водопьянова.

Мария Водопьянова.

Михаил Васильевич с внучками Машами (слева — наша сегодняшняя собеседница), обе названы в честь бабушки.

Михаил Васильевич с внучками Машами (слева — наша сегодняшняя собеседница), обе названы в честь бабушки.

И в XXI веке будет жить Михаил Водопьянов, праправнук Героя.

И в XXI веке будет жить Михаил Водопьянов, праправнук Героя.

Мария Водопьянова.   Михаил Васильевич с внучками Машами (слева — наша сегодняшняя собеседница), обе названы в честь бабушки. И в XXI веке будет жить Михаил Водопьянов, праправнук Героя.
Написать нам
CAPTCHA
Принимаю условия обработки данных