lg.lpgzt.ru - История Карта сайта|Обратная связь|Подписаться на издание    
 
15 марта 2014г.<>
ПНВТСРЧТПТСБВС
12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Администрация Липецкой области
Липецкий областной Совет депутатов
Управление потребительского рынка
Управление физической культуры, спорта и туризма Липецкой области
Телерадиокомпания Липецкое время
История 

Большая беда и маленький город

15.03.2014 "Липецкая газета". Анатолий Китаев, краевед, г. Усмань
// История
Владимир Писарев, умерший от полученных в бою ран.
Владимир Писарев, умерший от полученных в бою ран.Военнослужащие 212-го запасного пехотного полка у стен Усманского реального  училища в период подготовки к отправке в действующую  армию.

По разным причинам в советское время героизм русских солдат и офицеров, сражавшихся на полях Первой мировой, замалчивался. Практически ничего не было известно и об ее участниках — уроженцах усманской земли. По крайней мере, до тех пор, пока о событиях и людях тех трагических лет весомо не напомнил замечательный наш краевед Борис Княжинский. А в начале XXI века педагог-ветеран Виктор Ярцев написал вызвавшие большой интерес очерки «Забытые герои забытой войны». Вслед за этим он организовал в местном музее отдел, посвященный землякам-участникам Первой мировой.


Я также счел необходимым что-то сделать для возвращения памяти. Поэтому и включил в мой краеведческо-публицистический сборник «Имя твое — Усмань!» работу Б. Княжинского «Усмань в 1914-1917 годах» и другие архивные материалы, касающиеся того же периода. В год же столетия с начала войны, как говорится, сам Бог велел еще раз обратиться к этой теме.


На войне как на войне


Вероятно, то, что происходило в наших местах, немногим отличалось от положения дел в других небольших городах России. Но это, на мой взгляд, и придает дополнительный смысл и интерес таким краеведческим очеркам, поскольку на локальном материале можно увидеть, почувствовать, оценить пережитое всей страной.


Четыре года и три месяца войны для усманцев были наполнены надеждами, болью, ожиданием, тревогой и разочарованиями. Давала о себе знать хозяйственная разруха. Осенью 1916 года, по рассказам Бориса Княжинского, ни в городе, ни в уезде не было керосина, с сумерками все погружалось в темноту. Цены на продовольственные товары выросли вдвое.


Но, как всегда водилось на Руси, люди в тылу терпели и старались помочь фронту. В 1914 году в городе было развернуто пять лазаретов для раненых: два городских (в здании банка и доме, где теперь музей), три земских (в здании старой больницы, в земском арестном доме и доме Сидельникова). Осенью 1915 года, в связи с наступлением неприятеля, появился и лазарет Земского Союза на 150 коек, размещенный в здании женской гимназии (а саму гимназию перевели в помещение реального училища, чтобы дети могли заниматься во вторую смену).


В усманских лазаретах насчитывалось до 400 коек, где только с 9 ноября 1914 по 1 ноября 1915 года лечился 441 человек. Раненые провели в лазарете в общей сложности 12750 дней. Первым городским лазаретом заведовала Е.Н. Чарыкова, вторым — М.С. Новоселова, больничным — А.П. Шрейдер, Сидельниковским — А.П. Попова, в арестном заведующего не было. Усманский лазарет в 1914 году обслуживали один врач и три фельдшера. Но в 1915-м осталась одна фельдшерица, вместо двух сестер милосердия также работала одна. В январе 1916 года земские лазареты возглавляли врачи Б.Я. Канторович и М.Я. Катунская.


Воинские постои в Усмани начались с первых дней войны, и обывателям пришлось потесниться. В городе оставили до 800 забранных по мобилизации лошадей и при них — до 400 конников из запасных. Проходили военное обучение ратники, призванные в ополчение. А на фронте находился 410-й Усманский пехотный полк, его бойцам земляки регулярно отправляли подарки. Скажем, в августе 1916-го — 45 с половиной пудов махорки и курительную бумагу.


Осенью 1915-го в Усмани было решено разместить пехотный запасной полк. С ноября на Ярмарочной площади приступили к строительству бараков. С октября следующего года их занимали солдаты подразделения прибывавшего в Усмань 212-го пехотного запасного полка. В нем было 10000 солдат и 200 офицеров. Это значительно превышало количество населения самого города. В дальнейшем полк сыграл активную роль в Усмани и уезде во время революционных событий.


С миру по койке


29 июля 1914 года состоялось заседание Городской Думы. Она единогласно ассигновала 1400 рублей на расходы, связанные с войной. Стараясь предупредить повышение цен на предметы первой необходимости, Дума нормировала их таксою. Она также решила организовать Общественный комитет помощи русским воинам, ушедшим на войну, и их семьям.


Комитет состоял из гласных и представителей местного общества. С августа Комитет начал работать, получив на это от Думы 1400 рублей и 1300 рублей пожертвований. Его задача — поддержка семей запасных и ополченцев, проживавших в Усмани, а также земляков на передовой, больных и раненых солдат. На нужды семей фронтовиков отдали 1700 рублей.


12 августа — экстренное заседание уездного Земского Собрания. Его участники постановили выдавать пособия в дополнение к казенным пайкам (на это выделили 12687 рублей). Принята такса цен на пищевые продукты, а также отсрочка платежей тем семьям призванных, на которых укажут участковые попечительства. Управе разрешен кредит до 150 тысяч рублей. Собрание постановило примкнуть к Всеземскому Союзу и организовать в помещении арестного дома госпиталь (на обустройство — 10100 рублей).


Образовались у нас и городские комитеты по устройству лазаретов, заготовке белья и теплой одежды для армии, по призрению семейств запасных нижних чинов, раненых и увечных воинов. Были созданы отделение Елизаветинского Комитета опять же для благотворительной помощи семьям призванных на войну и Уездный Комитет Всероссийского Земского Союза.


22 августа в Усмани прошел кружечный однодневный сбор: населению продавали маленькие копии Российского государственного флага и флагов союзников. Деньги предназначались для оборудования и содержания лазарета на 20 коек. Собрали 1259 рублей 23 копейки. Отмечалось сочувственное отношение крестьян к этой акции. Такие сборы практиковались на протяжении всей войны.


Оборудование койки в лазарете обходилось в 50 рублей. Многие горожане складывались на «свою койку». Сложились для этой цели, например, ремесленники-евреи. Среди женщин находились желающие работать сестрами милосердия. Некоторые граждане готовы были взять раненых к себе в дом и ухаживать за ними.


По законам милосердия


К концу августа 1914-го ждали прибытия многих раненых, шили постельное и нательное белье, подыскивали помещения для лазаретов.


Усмань уже имела вид военного города. Массы ополченцев оделись в штаны цвета «хаки» и черные мундиры. Около 300 человек кавалеристов из запасных также облачились в защитную форму. Во многих домах, где военнообязанным отвели квартиры, у калиток стояли часовые с винтовками. На выгоне шли постоянные учения и маршировки. Приезжал на автомобиле некий генерал, делал смотр ополченцам. Говорили, что это был сам командующий войсками округа.


Газета «Тамбовский край» сообщала: «В Усмани городским управлением в октябре оказывается помощь 85 семьям лиц, призванных на войну. Расходуется ежемесячно 350 рублей. Размер пособий от 1 р. 25 к. до 11 р. 25 к. на семью, смотря по составу. Средства Комитета на 8 октября выражались в сумме 5697 рублей 60 копеек. В Усманское казначейство в распоряжение губернатора с 13 по 27 октября поступило 3867 рублей пожертвований на нужды войны.


…Очередное Земское Собрание внесло в смету 1915 года на благотворительную помощь семьям воинов 12000 рублей. Кроме сего ассигновано: 16417 рублей на содержание в первой половине 1915 года земского лазарета на 60 кроватей; 200 рублей — отряду Государственной Думы; 100 рублей — Елизаветинскому Комитету и 3445 рублей на делопроизводство уездного попечительства по призрению семейств призванных».


Табак и капуста для фронта


В конце июля 1915 года был образован Усманский уездный земско-городской объединенный военно-промышленный комитет (ВПК). В состав его вошли князь Б. Л. Вяземский, М. М. Охотников, И. Н. Богородский, Д. В. Севастьянов, Ф. В. Огарков, П. Г. Княжинский, Н. Г. Матцев, Попов и другие. Председателем избрали Михаила Михайловича Охотникова — председателя Усманской земской управы, его товарищем (т.е. заместителем) стал Федор Васильевич Огарков, усманский Городской голова.


Усманский ВПК обратился в Земское Собрание об открытии кредита в 7000 рублей и в Городскую Думу о кредите в 3000 рублей. Эти ходатайства были своевременно согласованы обоими органами местного общественного самоуправления.


Усилиями ВПК за период с 1 августа 1915 года по 1 августа 1916 года было изготовлено и сдано 36000 земленосных мешков из холстины местного производства на сумму 15200 рублей. Комитет счел целесообразным на первое время ограничиться привлечением к частичному участию в работах на оборону питомцев Усманской ремесленной школы. В мастерских школы приступили к изготовлению подков для упряжных и верховых лошадей. За год сдали 720 станов. Потом дело временно приостановилось из-за недостатка железа.


Независимо от этого с Усманским комитетом провели переговоры коллеги из такого же Воронежского комитета — о принятии заказа на 50000 станов подков. Их должны были сделать в кузнице на 20 горнов, специально устроенной на средства, уплаченные за исполнение заказа. К сооружению здания кузницы на усадьбе Усманской ремесленной школы приступили немедленно. К сожалению, нам не удалось выяснить, был ли в итоге заказ на подковы выполнен.


Из того же Воронежского военно-промышленного комитета поступил и заказ на приготовление до 30000 пудов квашеной капусты. Заготовка шла в Усмани при Городской управе и в селе Кривка в имении члена Комитета М. Г. Гущина. Изготовили, однако, меньше: 14080 пудов на сумму до 6000 рублей. Капуста была отправлена в армию.


Возникла мысль о консервировании и других продуктов для воинов посредством огневой сушки. Предложение владельца овощных плантаций близ Усмани H. И. Лукина Комитет принял. С Лукиным заключили 15 марта 1916 года контракт на поставку 2200 пудов различных овощей в сухом виде с условием: к 15 мая устроить и оборудовать сушильно-овощной завод. Сушеные продукты сдавались уполномоченному по заготовкам для действующей армии в Воронежской губернии по ценам, установленным на сезон 1916-1917 годов.


Обратился к усманцам и Московский военно-промышленный комитет насчет закупки и приемки махорки на местных фаб­риках. Всего в то время в городе было закуплено и отправлено в действующую армию с фабрики Торгового дома «М. И. Романов и К0» 10 вагонов (5000 пудов), с фабрики
А.А. Заусайлова — 5 вагонов (2500 пудов), с усманской фабрики М. И. Володарского — 2 вагона (1000 пудов). Всего ушли 17 вагонов, или 8500 пудов на сумму 152900 рублей.


До победного конца?


В журнале очередного собрания Усманской Городской Думы от 22 марта 1917 года отразилась позиция городских властей касательно продолжавшейся войны. В собрании приняли участие 20 усманских гласных, председатель уездной Земской управы М. М. Охотников, депутат от Духовного ведомства протоиерей П. Г. Княжинский, член Городской управы
Д. В. Саввин. Председательствовал Городской голова Ф. В. Огарков. Напомню: февральские события уже свершились. Власть в руках Временного правительства. И вот гласный А. Н. Никифоров предлагает довести до сведения центральной власти, что война с Германией должна быть доведена до победного конца. Без этого не могут быть прочно закреплены только что достигнутые свободы. Думцы единогласно присоединились к Никифорову и постановили: поручить управе направить Временному правительству соответствующее обращение.


А 10 мая состоялись торжественные проводы на фронт маршевых рот 212-го полка. Большое участие в их организации принимал Городской исполнительный комитет (подарки, речи и т.д.). По сему поводу от отправленных на передовую рот Голова Ф. В. Огарков получил приветственно-благодарственное письмо.


Между тем продовольственный вопрос в городе и уезде с каждым месяцем войны осложнялся. Ведь надо было кормить и раненых, прибывавших с фронта, и военнопленных, и беженцев из западных губерний, и воинские части. Б. Княжинский сообщает, что в Усмани с ноября 1914 года находились военнопленные турки — где-то человек двести. А в декабре 1914 года привезли еще и взятых в плен австрийцев — около 100 человек. Часть их разместили на бывшем салотопенном заводе в казарме для рабочих, остальных — в наемном доме на Мещанской улице. В 1915 году в Усмани оказалось свыше 500 турок из числа интернированного гражданского населения.


На земских и сельскохозяйственных работах в том же уезде в 1915-м трудились уже 998 военнопленных. Они работали в экономиях за 16 рублей в месяц (8 рублей расходовались на их довольствие, 4 рубля выдавались на руки и 4 — поступали в Земство на организационные расходы).


По условиям военного времени не удалось найти из местных рабочих 25-30 человек для начавшегося строительства телефонной линии. Управа решила воспользоваться трудом военнопленных. И дело пошло вполне удовлетворительно. С конца июля до конца октября 1915 года, когда полили дожди, установили 2360 столбов на протяжении 148 верст. А в октябре военнопленные занимались устройством городской сети.


В 1917 году крестьянам, среди которых из-за войны не хватало хлебопашцев, некоторую помощь оказывали 1796 военнопленных. Они находились в ведении уездной Продовольственной управы, она разместила их по волостям уезда. Военнопленные в городе и уезде пробыли до конца 1918 года.


Беженцы


В конце июля 1915 года было получено сообщение: г. Усмань и уезд становятся местожительством беженцев. К нам планировалось направить около 8000 человек, из них город взял 500 человек. По этому поводу прошло собрание горожан. Были избраны комиссии по приему, регистрации, поиску квартир, трудоустройству, продовольственные и другие. Протоиерей Петр Григорьевич Княжинский стал председателем регистрационной комиссии.


С начала лета в наших местах появилось несколько сербских семей (говорили, что из Галиции). В августе 1915 года прибыли 325 беженцев-евреев из Западного края. Далее небольшими группами приезжали и русские беженцы, и поляки, евреи, латыши.


Отношения их с местным населением складывались не всегда просто. Власти были недовольны, когда 23 января 1917 года свыше 200 человек прекратили работу на махорочной фабрике, требуя повышения зарплаты, из-за чего фабрика остановилась.


Жизнь за Отечество


Уступая германской армии в технической оснащенности и организации, российская армия удерживала фронт в Польше и Прибалтике. В полосе Австро-Венгерского фронта она наносила чувствительные удары и на территории врага. На Закавказском фронте в 1915 году потерпела полное поражение турецкая армия. В этой войне русский солдат показал себя стойким, выносливым, бесстрашным. Многие мужья, отцы, сыновья легли в землю на полях сражений, многие вернулись искалеченными. Солдаты и офицеры героически выполняли свой долг.


В их числе были и усманцы. По данным Б. Княжинского, из числа знакомых ему людей в 1914 году на фронт взяли Николая Поликанина, братьев Богатыревых, Авдеева, К.М. Саква, частного поверенного Н.И. Некрасова. Из студентов — В. Писарева, К. Винокурова, С.  Филиппова. Одно время город остался совсем без врачей — мобилизовали докторов Тархова, Былова и Островского. Потом Тархов вернулся — признали, что он стар по возрасту. Из молодых усманцев некоторые пошли в армию добро­вольцами. Ратниками ополчения становились до 35-летнего возраста.


В конце ноября наведался в родные края «из самого пекла военных действий» С. Филиппов — он был направлен в командировку. В. Шепт, как говорили, попал в плен. В. Писарев 9 декабря был смертельно ранен. 20-го о его смерти сообщили в газете. Эта весть произвела в маленьком городке крайне тяжелое впечатление. Про горе родителей и говорить нечего — они поседели...


До нас дошли имена наших земляков — георгиевских кавалеров: Алексея Ивановича Алтухова, Семена Демьяновича Сурова, Михаила Ильича Стрекова, Алексея Михайловича Китаева, братьев Максима Григорьевича и Степана Григорьевича Буниных из села Девица, а также людей, связанных с историей нашего края, — Якова Ильича Луткова, впоследствии командира продотряда, Василия Каграмоновича Осипянца, командира 212-го пехотного полка, расквартированного в Усмани. Осипянц как офицер был награжден золотым Георгиевским оружием.


* * *


Но после войны то, что выпало на долю ее участников, их мужество и подвиги были преданы полному забвению. Во многих анкетах встречался вопрос: «Служил ли в царской армии?» Отвечать на него «да, служил» было рискованно. Инвалиды Первой мировой не получали пенсий, не имели льгот. До начала Великой Отечественной запрещалось ношение боевых наград Российской Империи. Жупел «белый офицер» привел к почти полному истреблению русского офицерства, той его части, что не ушла за кордон. Между тем еще зимой 1916 года Семен Буденный, будущий советский военачальник, маршал, и Антон Деникин, один из будущих руководителей белого движения, чуть не в соседних окопах защищали общее Отечество.


Прошло 100 лет. Мы так и не отдали долг уважения участникам той войны, когда они еще жили рядом с нами. Сейчас трудно восстановить имена многих героев, сведения о них скудны и фрагментарны. Нет у нас и «Книги памяти» погибших в ходе Первой мировой. Я напомню лишь несколько имен, дошедших до нас из глубины времени: Владимир Писарев, Дмитрий Кабалов, Василий Осипянц, Роман Столповских, братья Иван и Василий Ильины. Им и всем, отдавшим жизнь за Родину в те годы, — вечная память.

Загрузка комментариев к новости...
Четверг, 29 июня 2017 г.
Авторизация 
СЕГОДНЯ В НОМЕРЕ 
  Вверх